Музыка - Константин Листов
Слова - Алексей Сурков
В исполнении Евгения Беляева

9 мая

 

 

9 мая

 

 

9 мая

1

Бьётся в тесной печурке огонь,
На поленьях смола, как слеза.
И поет мне в землянке гармонь
Про улыбку твою и глаза.
Про тебя мне шептали кусты
В белоснежных полях под Москвой.
Я хочу, чтобы слышала ты,
Как тоскует мой голос живой.

2

Ты сейчас далеко, далеко,
Между нами снега и снега.
До тебя мне дойти не легко,
А до смерти - четыре шага.
Пой, гармоника, вьюге назло,
Заплутавшее счастье зови.
Мне в холодной землянке тепло
От моей негасимой любви.

9 мая

С начала Великой Отечественной войны журналист и поэт Алексей Сурков был военным корреспондентом газеты «Красноармейская правда». В конце осени 1941 года оборонявшая Истру 78-я стрелковая дивизия 16-й армии получила наименование 9-й гвардейской, в связи с чем Политуправление Западного фронта пригласило корреспондентов «Красноармейской правды» осветить это событие; среди прочих поехал и Сурков. 27 ноября журналисты сначала посетили штаб дивизии, после чего отправились на командный пункт 258-го (22-го гвардейского) стрелкового полка, находившийся в деревне Кашино.
По прибытии оказалось, что командный пункт отрезан от батальонов наступающей 10-й танковой дивизией Германии, а к самой деревне подходит пехота врага. Начавшийся обстрел из миномётов вынудил офицеров и журналистов засесть в блиндаже. Немцы заняли соседние дома. Тогда начальник штаба полка капитан И. К. Величкин пополз к зданиям, закидывая противника гранатами, что вызвало ослабление вражеского обстрела и дало возможность пойти на прорыв. Благополучно пройдя минное поле, все отошли к речке и переправились через неё по ещё тонкому льду — под возобновившийся миномётный обстрел — к деревне Ульяшино, в которой стоял батальон.
Штабисты и корреспонденты были размещены в землянке. Все были очень уставшими — настолько, что, по воспоминаниям Суркова, начальник штаба Величкин, сев есть суп, после второй ложки заснул, так как не спал четыре дня. Остальные устроились около печки, кто-то начал играть на гармони, чтобы снять напряжение. Сурков стал делать наброски для репортажа, но получились стихи.
Ночью он вернулся в Москву и в письме к жене Софье Антоновне под заголовком «Тебе — солнышко мое!» написал впоследствии знаменитые строки. На следующий день письмо было отправлено в город Чистополь, где семья Суркова находилась в эвакуации.
В феврале 1942 года в редакцию газеты «Фронтовая правда», где также начал работать Сурков, зашёл композитор Константин Листов, искавший тексты для песен. Сурков вспомнил о написанных стихах, оформил их набело и отдал музыканту, по собственным словам, уверенный в том, что ничего не получится. Однако через неделю Листов вернулся в редакцию и, взяв гитару у фотокорреспондента Михаила Савина, исполнил новую песню, назвав её «В землянке». Присутствовавшие одобрили композицию, а вечером Савин, попросив текст, исполнил песню сам — мелодия запомнилась с первого исполнения.
Работавший во «Фронтовой правде» писатель Евгений Воробьёв скопировал ноты и текст и вместе с Михаилом Савиным принёс их в редакцию «Комсомольской правды». Там они исполнили песню (Воробьёв пел, а Савин аккомпанировал), она понравилась слушателям и была опубликована в номере газеты от 25 марта 1942 года.
Вскоре песня пошла по фронту. Её исполняли солдаты, фронтовые творческие коллективы, в том числе она вошла в репертуар знаменитой Лидии Руслановой. Во время войны в некоторых исполнениях текст песни выглядел совершенно по-другому: после первых двух куплетов (без изменений) следовали не два, а четыре. Имелось также несколько песен-ответов.
Однако летом 1942 года на песню был объявлен негласный запрет, так как кем-то сверху строки «до тебя мне дойти нелегко, а до смерти — четыре шага» были расценены как упаднические. В августе были изъяты и почти полностью уничтожены грампластинки с записью песни в исполнении Лидии Руслановой. Поэту рекомендовали убрать упоминания о смерти — Сурков отказался. Тогда Главное политическое управление наложило запрет на трансляцию песни по фронтовому радио и её исполнение творческими коллективами. Поэт получил от шести гвардейцев-танкистов письмо со следующей просьбой: «Напишите вы для этих людей, что до смерти четыре тысячи английских миль, а нам оставьте так, как есть, — мы-то ведь знаем, сколько шагов до неё, до смерти».
Вскоре на запрет были «закрыты глаза». В конце концов песня «В землянке» в исполнении Лидии Руслановой прозвучала у стен поверженного Рейхстага и у Бранденбургских ворот.
В послевоенные годы песню исполняли агитвзвод под управлением А. Владимирцова, Ефрем Флакс, Леонид Утёсов, Ренат Ибрагимов, Алла Пугачёва (бокс-сет 1996 года из 13 CD, диск 13 — «Песни на „бис“»), Дмитрий Маликов (альбом «Пианомания»), Михаил Гулько («Военный альбом»), Дмитрий Хворостовский (альбом «Песни военных лет»), Геннадий Белов, Евгений Беляев, Владимир Трошин, Павел Кашин, «Декабрь» (сборник «Мы победили!») и другие. Песня звучит в фильме «В бой идут одни „старики“» 1973 года, сериале «Апостол» 2008 года.
Созданы различные переделки песни, например «сталинградский» вариант «В теплушке» 1946 года Владимира Нечаева, альпинистский и студенческий варианты. «В землянке» переведена на ряд иностранных языков.
Текст песни был включён в фундаментальные сборники «500 жемчужин всемирной поэзии», «Три века русской поэзии» и в составленную Евгением Евтушенко антологию «Строфы века».

Песни о Великой Отечественной войне

Кто на сайте

Сейчас 148 гостей онлайн

Поиск по сайту